ЕСЛИ НЕ ХВАТАЕТ КОМПЕТЕНЦИИ, ТО ПРОЩЕ ОТКУПИТЬСЯ ДЕНЬГАМИ

За последние три года на подготовку социальных работников в вузах страны было выделено
по 350 грантов ежегодно. Это мало в ситуации, когда эксперты ходят по министерствам и
просят выделение 4000 грантов ежегодно. Для сравнения в 2019 году не было выделено ни одного гранта на эту специальность. Пока вузы готовят квалифицированных социальных работников для
вывода людей из сложных жизненных ситуаций, специальные соц.услуги в стране
оказывают НПО. А в понятии большинства казахстанцев соц.работник – это помощник
по дому. Почему профессия социального работника не признана актуальной и как изменить ситуацию, нам рассказала доктор PhD, исполнительный директор Национального альянса
профессиональных социальных работников Динара Есимова.

Динара, что же это за профессия социальный работник?

У нас есть закон о специальных социальных услугах. В народе мало кто о нем знает. В
основном знают гос.служащие и НПО. Социальный работник тот, кто оказывает услуги,
прописанные в этом законе. Но такая формулировка соц.работника была актуальна в 2009
году, когда закон только появился. Сегодня можно говорить, что понятие соц.работника и
его обязанностей в законе в целом отсутствует. Так как социальная работа в
международном понимании – это конкретная профессия, которая помогает в борьбе с
бедностью, в улучшении благосостояния людей, способствует положительным
изменениям в обществе, расширяет права и возможности человека. И для государства это
выгодно. Каждый вложенный в соц.работу доллар превращается в 25 $.
А у нас 79% соц.работников в структуре являются помощниками по дому – убрать, купить
продукты. Они есть в каждом городе, районе, селе. В деревне к услугам соц.работника
может добавиться уголь и печка. Большая часть соц.работников не имеют образования по
специальности. Если собрать всех соц.работников Актюбинской области и спросить, кто
из них имеет профессиональное образование, то поднимут руки только несколько человек. Но среди них есть и те, кто 4 года получает образование в вузе, а мы их обучаем международным
компетенциям, и трудоустраиваются они надомниками на “принеси-подай за 70 тысяч
тенге.
Получается, вузы готовят кадры, а работы нет?
Государственный рынок труда не готов трудоустраивать специалистов с образованием. 
Поэтому я и говорю, что профессия соц.работника должна быть ангажирована, на нее
должен быть госзаказ. Мы лоббируем этот вопрос, особенно в регионах. Но
контролировать этот процесс мы не можем, так как получаем ответ, что регионы сами
знают, кто им нужен. Больше скажу, Министерство труда не сможет дать обоснование, что нужны
соц.работники, потому что они не входят в список стратегически востребованных
трудовых профессий Казахстана. А все ставки соц.работника забиты людьми без
образования. Хотя в других центрально-азиатских странах, в Азербайджане, например,
работодатели прописывают, что примут на работу только человека с соответствующим
дипломом.
Но ведь и НПО могут нанимать квалифицированных сотрудников?
НПО берут государственный заказ, где прописано в условиях, что в штате должен быть
квалифицированный социальный работник. Они могут нанять такого сотрудника и потом
уволить, сами осуществлять эту деятельность. Поэтому у них она не профессиональная.
НПО-шники не горят желанием пойти на работу и получить образование, потому что им
везде и так зеленый свет, они выигрывают гранты. Но качество услуг в реализации грантов никто не измеряет. Потому что у этого нет никакой супервизии.

В Казахстане нет ни одной кафедры социологии в чистом виде. Когда мы просим 4000 грантов, то это количество специалистов на 20 млн населения, плюс не самая лучшая социальная
обстановка в нашей стране. Но мы также понимаем, если даже будет такое количество
грантов, то готовы ли наши кафедры выпускать 4000 качественных кадров каждый год. 
Получается, что не только НПО, но и чиновники должны быть с компетенциями
социального работника?

У нас с каждым годом все больше и больше семей теряют способность жить
самостоятельно. А если и еще будут приносить пакет от партии Аманат, от акимата, от НПО…

В итоге все работает по принципу “Мы в ответе за тех, кого приручили”. А потом жалуются,
что Мин.труда получает больше всего денег, и они идут на пособия. И виновата в этом не
семья, а система управления. Чиновники не делают аудит того, что есть в стране –
развитие, какие риски, куда можно дальше двигаться. Поэтому не могут оказать
действительно квалифицированную помощь. Если компетенции не хватает, то проще
откупиться деньгами и продуктами.
Если говорить об опыте других стран, то что и у кого можно подсмотреть?
В Узбекистане уже подготовили 12 супервизоров из числа соц.работников. В Ташкентском
национальном университете они уже открыли кафедру социальной работы, плюс там
сейчас планируют обучить гос.служащих этих компетенциям.
В Кыргызстане с 2015 года есть социальное управление по защите детей. И оно относится
к министерству соц.защиты. У нас Комитет по охране прав детей относится к
Министерству образования. А это совсем разное.  Еще в Кыргызстане есть министерство
по защите детства. Его специалисты ведут кейс-менеджмент. А мы не ведем.
Недавно мы были в летней школе в Германии. Во Франкфурте один из университетов
выпускает до 2200 специалистов в год. Рядом есть город Мангейм, там выпускают 600
соц.работников. Совокупно в Германии за год выпускают 12 тысяч соц.работников. Для
этого там работают целые факультеты. Во Франкфурте, например, такому факультету
исполнилось 40 лет.
Неважно опыт какой страны мы будем обсуждать. Пока мы говорим, что можем, а что не
можем. Мы должны создать свой рецепт идеального законодательства, чтобы социальный
работник любой страны мира понимал коллегу из любой страны мира. 
Какие результаты социальной работы вас мотивируют? Как их уже почувствовали
казахстанские семьи?

Можно сказать, что практика социальной работы в стране ушла вперед в сравнении с
развитием академической дисциплины. Если говорить о кейс-менеджменте – социальном
сопровождении семей, то с 2017 года каждая беременная женщина и семья с детьми до 5
лет на дому получают консультации патронажной медсестры.

Если в семье выявились риски, то делают для нее специальную карту планового социального сопровождения и передают семью службе первичной медико-санитарной помощи. Сейчас не только патронажная медсестра, но и врач общей практики, и даже главврач знает, что такое кейс-
менеджмент. Потому что мы разработали для этого программы и пособия. Наши
разработки понятны каждому человеку. В оценке мы не берем за основу КАК в этой семье
плохо и ЧТО  создает проблему дефицита. А ищем положительные стороны, чтобы
развивать потенциал семьи, и она могла бы встать на ноги и жить самостоятельно.

материал подготовила: Айслу Асан

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.